События
Об ИНС
Президент ИНС
Доклады и книги Статьи Контакты

АПН: Пора «подумать об обезьяне»

Национальный вопрос – не самая комфортная тема для экспертного обсуждения. И практически невозможная – для политического

«Национальный  вопрос – не самая комфортная тема для экспертного обсуждения.  И практически невозможная – для политического. Попытки наложить табу на этот неудобный вопрос периодически предпринимаются, но они имеют примерно тот же эффект, что предложение Ходжи Насреддина «не думать об обезьяне»».

Процитированное – выдержки из вводной части к сборнику «Неединая Россия. Доклады по этнополитике», который был выпущен Институтом национальной стратегии в начале этого года. Изложенные экспертами факты, собранные в книге «Неединая Россия», показывают: вызовы в области «межнационалки» и «этноконфессионалки» в 2015- 2016 году предстали перед Россией как нельзя более отчетливо. В последние годы бурлящий после «арабских революций» Ближний Восток оказывается к нам все ближе. Кризис в регионе оказывает существенное влияние на этноконфессиональную повестку дня внутри страны. Феномен самопровозглашенного «халифата» аль-Багдади, начало операции ВКС РФ в Сирии, конфликт с Турцией и напряженные отношения с некоторыми другими региональными державами дополнительно окрашивают застарелые проблемы в этнорелигиозном пространстве России, а также создают новые. Следовательно, назрела необходимость в выработке консолидированного ответа по этим вызовам.

«Не имеем картины в регионах»

На презентации сборника «Неединая Россия», прошедшей 27 января в МИА «Россия сегодня», эксперты говорили о многом, о росте угроз, ближних и дальних по границам государства, отсутствии единства в мусульманской Умме, проблеме религиозного экстремизма, но главное – отсутствии у государства явного понимания происходящих явных и скрытых процессов. На настоящий момент четкой «дорожной карты» по все множащимся угрозам у России к сожалению, нет. «На данный момент ни мы, ни государство, да и вообще никто в нашей стране не имеем объективной этноконфессиональной картины в регионах, - рассказал на круглом столе директор Института прикладных политических исследований Григорий Добромелов. -  Например, мы знаем, сколько есть легальных мечетей, а вот, сколько нелегальных — не знаем».
К большому сожалению, все то, что сказал Добромелов про нелегальные мечети –неприятная правда. На всей протяженности России – от Мурманска до Владивостока – во время полицейских рейдов и других профилактических проверок то и дело выявляются незарегистрированные молельные помещения, где собираются радикальные исламисты. Самый последний случай  – выявленный в декабре джамаат чеченского ваххабита Ильяса Хизриева, который собирался на протяжении долгого времени в котельной мечети города Аргун. Ранее, в конце 2013 года, было раскрыто молельное помещение адептов «Такфирваль Хиджра», обосновавшееся в «резиновой квартире» московского района Новокосино. Как выяснилось, собиравшиеся там долгое время исламисты (в основном, уроженцы Северного Кавказа и мигранты из Средней Азии) не только совершали на этой квартире религиозные обряды, но и готовили теракты в Москве. И это – только малая часть по лишь двум из 89 субъектов РФ. Как говорят эксперты, в ряде федеральных округов (Северо-Кавказском, Уральском, Сибирском, Дальневосточном) до сих пор не проводилась комплексная работа по учету всех имеющихся там  мечетей и молитвенных собраний. В свете нарастания экспансии т.н. Исламского государства и ставшего уже традиционным «ползучего» влияния Саудовской Аравии, Катара и Турции, наличие в регионах РФ таких скрытых мусульманских сообществ несет для безопасности России значительные риски, последствия которых трудно предугадать.

Работавшие над «Неединой Россией» эксперты резюмируют: наиболее высоки риски там, где широко распространен «неофициальный ислам». Прежде всего, это ряд территорий на Северном Кавказе и в Поволжье, сообщества мусульманских мигрантов в больших городах, где существуют глубокие и разносторонние связи со странами, с которыми Россия по итогам 2015 года находится в конфликте. Речь идет о «стратегических партнерах» российских мусульман в 1990-х годах: саудовском королевстве, Катаре, Турции…

Обострившиеся с начала декабря 2015 гонения на известного казанского исламоведа Раиса Сулейманова показали, что болевой точкой на «теле» безопасности России остается проблема региональных этнократий и политического регионального сепаратизма. Татарстан – только самый известный в этом плане субъект РФ. Мои  личные исследования, проведенные в течение многих лет, показали: «татарской» сепаратистской болезнью, в разных ее формах и проявлениях на протяжении около 20 лет «болеют» множество национальных республик: Республика Коми, Краснодарский край, Башкортостан, Чувашия. В плане проникновения в РФ сепаратистских угроз наибольшую опасность представляет в настоящий момент влияние Турции. Военная активность России против ДАИШ стала для режима Реджепа Эрдогана сильным раздражающим фактором. Действовать против России Анкара будет не только путем провокаций, вроде сбития нашего Су- 24 в небе над Сирией, но и посредством «муравьиной работы» на территории РФ, через своих внутренних агентов.

Ситуация усугубляется также тем, что в ряде регионов (Крым, Татарстан, Башкортостан, Дагестан, Чувашия, Якутия) представители местных элит и близких к ним общественных структур давно стали для турок уступчивыми, и потому выгодными партнерами. А говоря о Татарстане, стоит отметить: власти этой республики в конце ноября 2015 фактически продемонстрировали, что «Су-24, конечно, жалко, но Турция нам дороже». Более того, не может не настораживать то, как Казанский кремль упорно цепляется за право именовать главу Татарстана «президентом». Фактически со стороны Казани это демонстрация прямого и открытого саботажа исполнения федерального закона «Об общих принципах организации законодательных / представительных / и исполнительных органов государственной власти субъектов РФ». Молчание Москвы открывает Татарстану дорогу для дальнейшего расширения пространства суверенитета. Нет сомнений, если бы элитам Татарстана сразу же был указан коридор возможных действий, до таких проявлений откровенной нелояльности дело бы не дошло. Не будем забывать, за противостоянием Казани и Москвы сейчас внимательно наблюдают из всех национальных республик. Итог этой интриги во многом определит дальнейший формат отношений центра с субъектами федерации.

Из малых дел (оставление за главой Татарстана президентского титула) могут последовать и куда более большие. А это, как отмечают авторы «Неединой России»,  создает опасный прецедент для российского федерализма и для других регионов. Впрочем, этот прецедент уже проявился в декабре 2015 года в Дагестане. Тогда глава республики Рамазан Абдулатипов в интервью газете «Ведомости» посетовал, что федеральный Центр, «обрубив» президентским указом от 28 ноября контакты с Турцией, лишил Дагестан выгодных инвестиций от турецких компаний. Более того, Абдулатипов заявил, что социально-экономические проблемы Дагестана проистекают от того, что ему, главе Дагестана, по договору о разграничении полномочий, Москва дала  слишком мало власти в регионе.

Впрочем, влияние «турецкого фактора» вряд ли ограничится элитами этнических регионов. Почерк Турции отчетливо виден в крымской блокаде и в украинском кризисе как таковом. Сейчас турецкие власти чувствуют себя полностью свободными в использовании имеющихся средств, и мы это очень скоро увидим как в Крыму, так и вокруг него. В настоящий момент интересы президента Турции Эрдогана и лидера крымского Межлиса совпадают – они оба выступают агентами войны, и эскалация конфликта на востоке Украины принесет им явные политические очки. Поэтому, как полагают участники круглого стола ИНС, конфликтные сценарии вокруг и внутри полуострова будут, вполне вероятно, нарастать и множиться.

Призрак ДАИШ и реальность миграции

Как отметили на презентации «Неединой России», при наличии частого упоминания ДАИШ в российских СМИ, в РФ до сих нет единой стратегии противодействия этой угрозе.Угроза ДАИШ прямо пропорциональна другим системным вызовам, с которыми Россия сталкивается на протяжении 25 лет. Первая – кризис традиционного для России ислама и преобладание исторически и ментально чуждых для нашей страны исламистских идеологий или параисламских течений, которые на поверку оказываются деструктивными. «Подавляющее большинство ваххабитов, словно опасный вирус, растворилось среди обычных миролюбивых мусульман, - говорит старший научный сотрудник Российского института стратегических исследований (РИСИ) Галина Хизриева, соавтор сборника «Неединая Россия»». По словам Хизриевой, вирус ваххабизма социально очень активен. «Постепенно ваххабиты выдвигаются на первый план мусульманского общества и начинают говорить от имени всех мусульман», - утверждает эксперт. Опасность ваххабизма - не только в том, что последователи этой идеологии убивают людей и устраивают теракты, а в идеологической индоктринации. Здесь мы возвращаемся к уже поднятому выше вопросу о реальной ситуации в мечетях и молельных домах России. И дело тут не только в неучтенных мечетях и медресе. Практика показывает: даже в тех «домах Аллаха», которые не вызывают подозрений и документы на которые есть в местных органах юстиции, реальная ситуация может быть подменена «видимостью для властей». Наглядный пример – мечети, входящие в Духовное управление мусульман Азиатской части России (ДУМАЧР). На огромном пространстве, от Ямала до Владивостока, под крышей главы ДУМАЧР Нафигуллы Аширова много лет обретаются открытые ваххабиты и члены «Хизбут Тахрир». Особенно много таковых в ЯНАО и ХМАО.

К сожалению, реальная ситуация среди мусульман на нефтегазовых «северах» долго умалчивалась или не прорабатывалась должным образом. Условный «мужик» перекрестился, глядя на Ямал, только в декабре прошлого года. Отдельная «благодарность» за это «Джихадисту Толику» - палачу ДАИШ Анатолию Землянке, вчерашнему студенту Тюменского университета, который проникся идеями ваххабизма во время каникул у себя дома в Ноябрьске. Так вышло, что единственная мечеть Ноябрьска, куда Толик однажды пришел за лечением своих душевных травм, оказалась  ваххабитской, а власти региона многие годы не обращали на это внимания. Многолетнее благодушное отношение властей  к этнорелигиозной ситуации на «северах», помноженное на непрозрачную миграционную политику в РФ, стали причиной того, что спортивный перспективный парень Анатолий Землянка сейчас не работает на благо России, а воюет против России в ДАИШ. Славянских парней вроде Анатолия Землянки в «халифате» имени Багдади насчитываются сотни, а общее число выходцев из России там составляет, по некоторым оценкам, около 8-9 тысяч человек. Угроза ползучего ваххабизма в нефте- и газодобывающих регионах особо подчеркнута авторами сборника Института национальной стратегии.

Ситуация с Анатолием Землянкой, кроме острой актуальности борьбы с ДАИШ за душу каждого россиянина, высвечивает и другие вызовы, которые отмечены в сборнике «Неединая Россия» и докладах авторов этого сборника.

Первый - решение вопроса о дальнейшем существовании в РФ ваххабитской идеологии и структур, которые эту идеологию транслируют. «В 2016 году назрела острейшая необходимость снова поднять вопрос о полном запрете ваххабизма и ваххабитской пропаганды в России», - говорит исламовед Роман Силантьев, соавтор сборника «Неединая Россия». По словам Романа Силантьева, в числе видных проповедников этой идеологии нередко оказываются представители Совета муфтиев России. Применительно к казусу Землянки, Силантьев говорит: сводки ФСБ за 2015 год показывают, что  в качестве террористов или пособников террористов фигурируют 40 россиян славянского происхождения, которые под влиянием пропаганды стали исламистами. 40 ваххабитов-славян за год — это побитие предыдущего рекорда, когда за год обнаружили 30 новообращенных мусульман, вовлекшихся потом в терроризм. Эту пугающую тенденцию Роман Силантьев отдельно подчеркнул на круглом столе Института национальной стратегии. В 2015 году специалисты выявили много девушек славянского происхождения, которые приняли ислам и, по примеру Варвары Карауловой, собрались ехать в ДАИШ. Стоит уточнить, что ни один официальный муфтият РФ не занимается проповедью ислама среди этнических немусульман. За исключением только Совета муфтиев России и дружественных ему структур. Практика показывает: в большинстве случаев, новообращенный русский мусульманин становится радикал-исламистом. Исключения из этого правила есть, но они крайне редки.

Второй вызов, – угроза неконтролируемой миграции. Дело в том, что большинство ДУМАЧР-овских мечетей в азиатской части России – под контролем этнических узбеков и таджиков, приехавших в Россию в разное время. Имамы этих мечетей, в большинстве случаев – скрывшиеся из республик Средней Азии радикальные исламисты, обосновавшиеся в России под видом непримечательных трудовых мигрантов.
«В России — демографическая депрессия, - заявил на презентации «Неединой России» эксперт Российского института стратегических исследований Игорь Белобородов -  С учетом того, что приезжающие к нам мигранты, как правило, — выходцы из стран с ярко выраженной положительной демографической динамикой, в долгосрочной перспективе мы получим ситуацию замещения коренного населения России на население зарубежных стран-«доноров». С сопутствующими сдвигами в культурной сфере, разумеется. По сути, это мягкая колонизация.

Наилучшая форма противостояния этому — грамотная политика государства в области семьи».

Замещение активных мусульман России мигрантами из Средней Азии – головная боль многих регионов РФ. И здесь мимо Татарстана тоже не пройти. Первую ячейку «Хизбут Тахрир» в Поволжье основал в 1996 году сбежавший из Узбекистана ваххабит Алишер Усманов, который устроился работать преподавателем в казанское медресе Имени 1000-летия принятия ислама. Последователь Усманова Рустам Сафин, слушавший у хизбута лекции, в 2005 году «отжал» под нужды ячейки мечеть на окраине Казани. Этот приход стал ядром притяжения для исламистов всех мастей и центром хизбутовской пропаганды. В июле 2012 года член этого прихода Роберт Валеев застрелил заместителя муфтия Татарстана и мусульманского просветителя Поволжья Валиуллу Якупова. И еще один любопытный факт. Исследования, проведенные многими экспертами, показали следующее: хизбутовский приход в Казани в течение практически всего своего существования  «крышевался» представителями татарстанских элит и близкого к ним проваххабитского духовенства. Как известно, этому союзу противостоял убитый хизбутом Валеевым Валиулла Якупов.

Полевые исследования показывают, что видимая разница в идеологиях разных радикал-исламистских течений не мешает представителям этих течений существовать в пределах одного джамаата. Также выявлено, что «чистые мусульмане», хизбутчики и такфиристы становятся благодатным полем для экспансии ДАИШ среди мусульман России.

Украина и Ичкерия

В сборнике «Неединая Россия» определенное место отведено также такому вызову России, как гражданская война на Украине. При более внимательном анализе можно увидеть, что кризис на Украине совпадает по многим точкам с системным кризисом на Ближнем Востоке.
Эксперты успели отметить: террористическое «государство» ДАИШ в последнее время все более тесно переплетается с процессами на постмайданной Украине. В карательных батальонах на Юго-Востоке замечены прибывающие с Ближнего Востока джихадисты. Под их влиянием принимают ислам воюющие на стороне Киева этнические славяне (пример – гражданин Белоруссии Даниил Лящук, бывший заместитель командира карательной роты «Торнадо»). Индоктринация украинского поля джихадизмом усилилась после  назначения экс- президента Грузии Михаила Саакашвили главой Одесской области. Эксперты свидетельствуют: через Одессу и Николаев идет переброска на Донбасс подозрительных людей с ярко выраженной восточной внешностью и типично джихадистскими манерами. Также через Саакашвили морской порт Одессы включили в теневой трафик по транспортировке «игиловской» нефти. Сработали давние связи Саакашвили с влиятельными кругами Турции и США.

Нельзя пройти мимо и другого антироссийского тренда в украинской политике. В конце ноября прошлого года в Верховной Раде образовалась депутатская группа «Свободный Кавказ». Стержневая идея этого проекта стара и понятна -  отторжение от России республик Северного Кавказа, Ставрополья и Кубани, как это требовали еще деятели из ОУН-УПА. Но XXI век влил в старые бандеровские мехи новое вино. На почве «свободного Кавказа» киевский режим слился в объятиях с проектом «независимой Ичкерии». До 2013 года «ичкерийцы» как самостоятельный проект пребывали в состоянии, близком к летаргии, из-за чего постепенно рассасывались по другим группировкам. К примеру, многие отправились на «джихад» против Башара Асада. Часть ичкерийских деятелей раскаялась перед российскими властями и вернулась в Чечню. Казалось, что от «Ичкерии в изгнании» скоро останется одно название. Сторонников Дудаева и Масхадова оживили «революция достоинства» и гражданская война на Украине. Карательная операция киевских властей на Донбассе представляется дудаевцам как предварительная подготовка к действиям внутри России.

На что еще следует обратить внимание? «Ичкерия» - светский проект, без видимой привязки к джихадистам или другим деятелям «политического ислама». Но при соприкосновении с постмайданной Украиной, «Ичкерия» претерпела существенную индоктринацию радикальным салафизмом. Чтобы ответить на вопрос «как это получилось», надо перенестись в 2014 год, когда президентом Украины еще был Виктор Янукович. В рядах активистов «демократической революции» в Киеве тогда активно действовали деятели из мусульманской организации «Умма», во главе с Сагидом Исмаиловым (позже известным как «муфтий в вышиванке»). Пан Исмаилов и его «Умма» – представители на Украине движения «Братья-мусульмане», которое на Украине, в отличие от России, не только не признано террористической организацией, но и пользуется поддержкой киевских властей. Под «крышей» «Уммы» находят приют ваххабиты, адепты «Хизбут Тахрир аль Исламийя» и другие исламисты. Сейчас «Умма» занимается духовным и материальным окормлением «мусульманских» карательных частей АТО.

Говоря о делах «Уммы» в 2014 году, стоит заметить: Совет муфтиев России оказывал медийную поддержку активности украинских политических мусульман на «евромайдане». Исходя из этого, не стоит удивляться тому, что когда турецкие ВВС в ноябре 2015 года сбили в небе над Сирией российский самолет, Равиль Гайнутдин и Дамир Мухетдинов выразили открытую солидарность с Турцией.  В этой связи не стоит обходить мимо как бы случайно оброненного предложения главы турецкой разведки Хакана Фидана о «легализации» ДАИШ в западном правовом поле, чтобы впоследствии использовать реактивный потенциал джихадистов против России.

В кольце угроз

Как подчеркнули работавшие над «Неединой Россией» эксперты, в 2015 - 2016 годах еще раз проявилось то, что Россия оказалась в кольце угроз. Сейчас Россия встала перед необходимостью гибкого и эффективного ответа на внешние и внутренние вызовы. Все эти вызовы, несмотря на их разные источники, взаимосвязаны по принципу устройства ракетного снаряда, где каждая компонента имеет свой разрушительный функционал.

…Передо мной лежит выпущенный Институтом национальной стратегии сборник «Неединая Россия». Я искренне надеюсь, что этот коллективный многолетний труд поможет властям нашей страны найти эффективное противодействие вызовам и проблемам, которые встали перед нашей страной в связи с кризисом на Ближнем Востоке, гражданской войной на Украине и другими геополитическими катаклизмами. ДАИШ и АТО не  где-то далеко от нас. Они совсем близко.

4 февраля 2016 года
http://www.apn.ru/publications/article34637.htm